Светлый дизайн   Темный дизайн  [ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · Вход]  

Загрузка...
Страница 1 из 11
Модератор форума: Лёлька, Phanatic_Sound 
Форум » Культурная страничка » Культура » Истоки техно-музыки (Детройт)
Истоки техно-музыки
mistДата: Четверг, 27.03.2014, 16:01 | Сообщение # 1
Гуру
Группа: Активные трансеры
Сообщений: 2245
Награды: 81
Репутация: 1183
Замечания: 0%
Статус: Offline
«Техно - это все то, что вы не можете себе представить»
Джефф Миллз, техно-гуру.

В середине восьмидесятых трое чернокожих парней из Детройта, интересующихся необычной музыкой, пробовали продавать свою музыку различным чикагским лейблам и, если у них были деньги, посещали клуб Music Box, где крутил пластинки Рон Харди (Ron Hardy), благодоря которому появилась на свет эйсид-хаус музыка. Music Box был преемником знаменитого гей-клуба Warehouse, где ди-джей Фрэнки Наклз (Frankie Knuckles) придумал хаус-музыку. В Music Box собиралась похожая публика, там царил разврат и наркотики (главным образом, ЛСД, кокаин и экстази, а чуть позднее появилась самая натуральная кислота и PCP). Именно в такой атмосфере эти трое парне - Хуан Аткинс (Juan Atkins), Кевин Сондерсон (Kevin Saunderson) и Дэррик Мэй (Derrick May) - пришли к мысли о создании совершенно нового, ни на что не похожего звучания. Они решили придумать музыку, которая была бы свободна от творческого наследия прошлого и стояла одной ногой в будущем. Музыку, где то самое творческое наследие бы перерабатывалос, семплировалось, эмулировалось – и из всего этого варева выходил бы абсолютно новый, ни на что непохожий творческий продукт. Все трое жили в пригороде Детройта – Белвилл . Все трое слушали знаменитое радио шоу "The midnight funk association", которое выходило поздно ночью, и ведущим этого шоу был Чарльз Джонсон (Charles Johnson), который скрывался под псевдонимом "The Electrifyin’ Mojo". Именно здесь Хуан, Дэррик и Кевин впервые услышали Kraftwerk. Еще нельзя не отметить другого важного радиоведущего, чье шоу также было популярно в то время – The Wizard. За этим псевдонимом скрывалась будущая супер звезда техно-музыки – Джефф Миллз (Jeff Mills). Его радио шоу, которое выходило на радио WDRQ, поражало слушателей подходом Миллза к музыке. Когда ему сказали, что его программа будет урезана на полчаса, Миллз молча согласился. Но треков меньше ставить он не стал – просто пластинка не задерживалась на проигрывателе больше пары минут. Однажды ночью, слушая очередное шоу "The midnight funk association" в голове Аткинса произошла революция – он услышал смешную компьютерную музыку. Это были Kraftwerk. "Я был шокирован. Все звучало так чисто и точно, что можно было подумать, что это музыка ", - рассказывал он позднее Шерилл Гэррэт (Sheryl Garret)в ее книге Adventures in Wonderland. Окончив учебу, в 1980 году Хуан решил купить себе синтезатор Korg MS10, за изучением возможностей которого и провел все лето, пробуя записать какие-то треки. Спустя несколько месяцев он познакомился с Риком Дэвисом (Rick Davis), который прошел Вьетнам, и был на одиннадцать лет его старше. Дэвис был местной знаменитостью – он записал альбом авангардной электроники "The Methane sea", и треками с этого альбома The Electrifying Mojo открывал каждое свое шоу. Вместе с Аткинсом Рик начал работать над совместным проектом Cybotron. Первый релиз Cybotron "Alleys of your mind" вышел в свет в 1981 году на их собственном лейбле Deep Space. Это было пульсирующее электро, настолько не похожее на американскую музыку, что все, кто слышал, были совершенно убеждены, что это очередная европейская штучка. Mojo даже ставил его несколько раз в своей программе. Cybotron просуществовал недолго. Дэвис, страшный поклонник Джимми Хэндрикса и гитарной музыки вообще, пригласил в группу гитариста Джона Хоуэсли (John Howsly). Аткинс же не хотел примешивать в свою футуристичную музыку никаких живых инструментов, и уж тем более гитар. Уйдя из группы, он основал лейбл Metroplex и стал делать музыку под псевдонимом Model 500. И именно под этим псевдонимом была записана самая первая, "настоящая" техно-пластинка – "No UFOs". Это был мрачный трек, построенный на постоянном наращивании слоев роботизированноо басса и перкуссии, с нестройной мелодией и искаженными голосами. Пластинка вышла в 1985 году. Как вспоминал позднее Дэррик Мэй, "Мы часто сидели у кого-нибудь дома и философствовалио том, что думали и чувствовали эти люди, когда они записывали свою музыку", - рассказывал позднее Мэй автору книги Energy Flash Саймону Рейнольдсу (Symon Raynolds). "Как они чувствовали, когда надо переходить в новую фазу развития музыки. И вы знаете, из всей той бредятины, что мы несли, большинство артистов никогда даже и думать не могли. Они просто над этим не думали". "Так как Белвилл был обычным сельским поселком, мы воспринимали музыку совсем по-другому. У нас не было ночных клубов, где бы играла танцевальная музыка. Мы просто сидели дома при выключенном свете, и слушали записи Kraftwerk, Funkadelic, Parliament, Bootsy и Yellow Magic Orchestra. И, вы знаете, мы понимали этих людей, мы знали, что они чувствовали, когда записывали свои вещи. Мы никогда не воспринимали эту музыку как развлечение, для нас, скорее, это была самая настоящая философия". Третьим их другом стал Кевин Сондерсон, который очень долго жил в Бруклине. Ко времени знакомства Кевина с Хуаном и Дэрриком, те уже во всю пробовали записывать свои треки. Кевин же знал устройство студии, и знал, какую музыку надо записывать, чтобы люди на танцполе отрывались во всю. Его знания позднее очень помогли им троим добиться успеха. Так как Хуан и Дэррик (Кевин присоединился к ним только в 84-м), во всю крутили пластинки, они построили целую философию из этого занятия. "Мы целую философию выстроили на этой области," - вспоминал Мей. "Мы сидели и думали о том, что думали люди, когда писали эти пластинки, и подыскивали пластинки со схожей идеологией, таким образом превращая обычные вечеринки во что-то концептуальное. В ночь перед вечеринкой мы всегда думали, что мы будем играть на вечеринке, что будет очередной концепцией вечеринок. Это было чистой воды безумие!".
Их влияние в Детройте как ди-джеев было минимальным: они были, прежде всего, музыкантами, и их интересовало, прежде всего, как эту музыку делать. После того как Аткинс (Juan Atkins) записал “No UFOs”, почти сразу же был записан ряд примечательных треков, которые уже можно было бы отнести к раннему техно. На лейбле Хуана Metroplex, вторым релизом стала пластинка “Goodbye kiss” его друга и соратника по Deep Space Soundworks Эдди “Flashin” Фоулкеса, а сам Аткинс, объединившись с Дэрриком Меем (Derrick May), записал “Lets go”, этакий прототип латино-хауса. Кевин Сондерсон (Kevin Saunderson), под псевдонимом Kreem записал “Triangle of love”, и основал свой собственный лейбл KMS, названный по первым буквам его инициалов (Кевин Маурис Сондерсон). Сондерсон вообще часто прибегал к помощи псевдонимов. Их у него целая куча – Reese, Reese and Santonio, E-Dancer, Intercity это одни из самых заметных. Его музыка была более танцевальной, нежели чем треки его коллег. Вслед за Сондерсоном с Аткинсом, Мей решил открыть свой собственный лейбл, получивший название Transmat. Под псевдонимом Rhythim is rhythim он записал два трека, которые почти все критики и знатоки техно-музыки причисляют к разряду классики техно. Имя им “Nude photo” и “Strings of life”. Это были весьма абстрактные, для того времени, треки. К примеру “Strings of life” был построен на оркестровых семплах, и абсолютно не имел басовой линии – но это не мешало ему сводить клабберов того времени с ума. Позже Мей только укрепит свою репутацию такими треками как “The dance” и “It is what it is”. Известный журналист Дэн Сикко (Dan Sicko) вообще считает, что техно началось после “Nude photo”. “Первый десяток пластинок с детройтской музыкой, конечно были похожими на то что делали в Чикаго. Но после “Nude photo” многие говорили, что это уже совсем не похоже на то, что делается в Чикаго. Даже с технической стороны это было уже совсем не то, что делали в Чикаго. Мэй и Томас Барнетт, который участвовал в записи “Nude Photo”, безусловно, изменили звучание всей музыки, которая производилась в Детройте”. Понимание того, что эта музыка точно не похожа на хаус, начало приходить немного позднее – в конце 80-х. Еще в 1987 году, в английском журнале NME, Дэррика Мея представляли как «одного из тех трех Детройтских парней, которые пишут хаус». К тому времени, в Англии уже начинался эйсид-хаус бум, и американская музыка подходила к этому буму как нельзя кстати. Английские ди-джеи начинали поигрывать чикагские пластинки, а владельцы лейблов обращать свое внимание на Детройт. В 1987 году Нил Раштон, ди-джей из Бирмингема (впоследствии основавший лейбл Network records) получил первые треки детройтских музыкантов. «Когда мне начали приходить первые релизы Transmat, KMS и Metroplex я уже был в курсе той музыки, которая производилась в Детройте. И когда я услышал один из первых релизов Transmat, по-моему, это была “Nude Photo”, я тут же позвонил Дэррику и спросил его насчет лицензирования его треков». Рабочее название релиза с треками Дэррика и его друзей было “The house sound of Detroit”. Но та музыка, которая подходила под название «хаус» производилась в Чикаго, и звучала по-другому. Поэтому название надо было менять. «Мы понимали, что это название не подходит к той музыке, что находилась на этом сборнике. Мы хотели включить в название слово «техно», но никак не могли решиться на это». В поисках названия им помог Хуан Аткинс, который в самый последний момент отдал им трек, с коротким и ясным названием – “Techno music”. Вскоре на прилавках музыкальных магазинов появился сборник, на обложке которого было написано “Techno! The new dance sound of Detroit”. В целях рекламы, Раштон взял в Детройт двух музыкальных журналистов – Стюарта Косгрува и Джона МакКреди, которые должны были написать о новой музыке статьи в свои журналы – The Face и NME. Косгрув и МакКреди встретились со всеми тремя героями, и позднее написали свои исторические интервью. Именно в интервью Косгруву, Дэррик Мей сказал историческую фразу «То, что это музыка -душа Детройта, полная ошибка. Скорее это Джордж Клинтон и Kraftwerk застряли в лифте». Все! Техно появилось как отдельный жанр музыки. Эта музыка имела свою философию, а также отражала ритм Детройта. Сами того не желая, эта троица в один час выстроила целую философию, на которой долгое время держался целый стиль. Журналисты были поражены той одухотворенностю, которая царила в их речах. Аткинс поразил их своими теориями, круто замешанными на предсказаниях Тоффлера, тех научно-фантастических теориях, которыми его пичкал его партнер по проекту Cybotron Рик Дэвис (кстати, в 1984 году, они записали трек “Techno city”). “Мы придали этому смысл», говорил позднее МакКреди. «Мы приехали домой, и написали фантастические статьи о той новой музыке, о той философии, которая скрывалась за этой музыкой. Они, как мне кажется, были не готовы, к этому. Они просто делали танцевальную музыку для себя. Многие же, кто слышал их треки, вообще описывали ее как «экспериментальная»». Музыка из Детройта, не в последнюю очередь благодаря, английским журналистам, приобретала статус возвышенной, и интеллектуально. Позднее, мысль о том, что техно очень философская и интеллектуальна музыка, только укрепилась в сознании. И не последнюю роль тут сыграл еще один житель Детройта – Карл Крейг (Carl Craig), который умудрился соединить воедино джаз и техно. Первым, из техно-троицы, всемирную популярность приобрел Кевин Сондерсон. На том самом сборнике “Techno!” находился его супер хит “Big Fun”, который был записан под псевдонимом Inner city (совместная работа Кевина и вокалистки Парис Грей (Paris Grey)). Это уже была их вторая совместная работа (первой – был трек “Kreem”). Это был очень веселый техно трек, который с радостью принимали на американских и английских хаус танцполах. “Big fun” продался тиражом 6 миллионов экземпляров, и даже попал в хит-парад Великобритании в 1988 году. Последовавший за ним релиз еще одного хита “Good life” только лишний раз доказал, что Сондерсон – не человек одного хита. Летом 1988 года случилось еще одно важное событие в становлении детройсткого техно. Элтон Миллер и Джордж Бейкер открыли маленький клуб, с очень скромным названием, “Music institute” (более полное название – “The Detroit musical institution”) где выступали Дэррик Мей, Дэррел Ди Вайн (Darrel ‘D’ Wynn) и Чез Дамьер (Chez Damier). Этот клуб выступил своего рода катализатором, и многие будущие техно звезды из Детройта, набирались в этом месте опыта. Карл Крейг, один из завсегдатаев этого заведения, вспоминал мощные сеты Мея – «Он играл сумашедшие версии и какую-то дикую музыку. Когда Дэррик играл, нельзя было понять это музыка такая играет или он так с оборудованием обращается. Люди на танцполе просто сходили с ума. Он мог поставить “Big fun” раза три или четыре за сет, и всегда делал это так, что в моем мозгу происходил ядерный взрыв». “Music institute” просуществовал совсем мало – он закрылся 24 ноября 1989 года, под звуки колокольного перезвона, который Дэррик Мей наложил на “Strings of life”. Как уже говорилось выше, техно-музыка получила широкое распространениев Европе. Примерно в 1990 году, в Германии, начали появляться треки, которые уже можно было отнести к жанру «техно». Это была смесь, столь популярного, в конце 80-х индастриала и звучания пластинок из Детройта. В Бельгии развил бурную деятельность знаменитый лейбл R&S, на котором, до середины 90-х, издавалась самая интересная и передовая техно-музыка. Именно на этом лейбле, мало кому известный тогда музыкант Ричард Д. Джеймс, под псевдонимом Aphex Twin, выпустил первую пластинку, которая сделала его знаменитым. Именно там появилась знаменитая пластинка “Energy Flash” от американца Джоя Белтрама (Joey Beltram). В Англии, техно музыку пропагандировалмаленький лейбл из Шеффилда – Warp. На этом лейбле свои первые альбомы выпускали такие мэтры как Nightmare on wax и LFO. Но наиболее примечательна серия сборников “Artifical intellegence”, где музыканты вроде Autechre и Алекса Паттерсона (из проекта The Orb) пропагандировал техно как музыку для головы, но не для ног. Позднее термин «детройтское техно» стал прилагаться ко всему, что вообще было похоже на техно. На очень быстрое и тяжелое. Во многом тут стоит «поблагодарить» одного из самых знаменитых музыкантов, пропагандирующих «техно музыку из Детройта» – Джеффа Миллза (Jeff Mills). Своей серией Waveform transmission, которая выходила на немецком техно лейбле Tresor, он установил каноны современной техно-музыки, которая почему-то, стала называться “detroit minimal techno”. Техно-музыка из Детройта никогда не стремилась стать жесткой и быстрой (за них это сделали голландцы и немцы, придумавшие хардкор и шранц). Это была (и есть) музыка, которая делается компьютером, но с человеческими чувствами.

ГЛАВНЫЕ ЛЕЙБЛЫ ВЫПУСКАЮЩИЕ ДЕТРОЙТСКОЕ ТЕХНО
Metroplex Вероятно самый первый лейбл в мире, где выходили первые пластинки с детройтским техно. Принадлежал Хуану Аткинсу. Прекратил свое существование достаточно давно, но периодически всплывают переиздания наиболее успешных релизов лейбла.
Transmat. Еще один легендарный лейбл. Если владельцем Metroplex являлся Аткинс, то владельцем Transmat является Дэррик Мей. Славится крайней неторопливостью (за последние десять лет было выпущено чуть более 20-ти пластинок). Однако почти все выходившие на этом лейбле треки являются самыми настоящими хитами и классикой детройтской техно-музыки.
KMS. Как становится ясно из названия, лейбл принадлежит Кевину Сондерсону, и, предназначен, в основном, для выпуска собственных треков Сондерсона. Из всех трех лейблов, которые принадлежат отцам-основателям – этот возможно самый успешный.
Underground Resistance. Лейбл был основан в 1991 году Джеффом Миллзом и Майком Бенксом. Под этим лейблом издавался весь спектр техно-музыки – от очень интеллектуально до очень жесткой. Помимо прочего вокруг лейбла существует целая тусовка, которая замешана на целой идеологии. Подробнее о идеологии читайте либо в первой части статьи, либо в статье про Джеффа Миллза.
Red Planet. Таинственный лейбл. Кому принадлежит неизвестно, кто за ним стоит тоже. Зато знаменит своими девятью релизами, которые многие критики называют “hi-tech jazz”.
430 West. Получивший свое название по адресу первой студии, лейбл Burden Brothers – это один из самых известных лейблов в мире. Взять хотя тот факт, что знаменитейший трек “Jaguar” от участника Underground Resistance – DJ Rolando был выпущен именно здесь. Также послушайте “Black Water” от проекта Octave one.
Planet E. Буква Е в названии этого лейбла не имеет ничего общего с наркотиком Экстази. Буква Е – это от английского слова Earth (Земля). Один из самых влиятельных детройтских лейблов в мире. Его бессменным руководителем является Карл Крейг, один из самых талантливых детройтских музыкантов. На лейбле выходило (и выходит) такое огромное количество самой разной музыки, что нередко, многие релизы сложно отнести к жанру техно. Но то, что большинство релизов представляют явный интерес – это очевидно.
M-Plant Настоящее детройтское минимал-техно от одного из видных деятелей на местной сцене – Роберта Худа (Robert Hood). Сам Роберт является членом Underground Resistance, что не мешает ему совмещать несколько занятий одновременно.
Pure Sonic Владельцем этого лейбла является Алан Олдхэм, многим более известный как DJ T-1000. Лейбл Pure Sonic многие критики называют одним из последних лейблов, где издавалось настоящее детройтское техно.
Ersatz Audio. На этом (относительно молодом) лейбле, издается весьма много минимал-техно и электро. Также на нем вышли все релизы такого проекта как Adult.
НЕСКОЛЬКО САМЫХ ВЫДАЮЩИХСЯ ТРЕКОВ ЗАПИСАННЫХ В ДЕТРОЙТЕ
Model 500 “No UFO’s” (Metroplex) Вышедшая в 1985 году, эта пластинка положила начало сольной карьере Хуана Аткинса и одновременно дала жизнь новому лейблу. Пластинка на многих оказала влияние (взять хотя бы тех же Front 242), и как и большинство тогдашних релизов, звучала совершенно фантастически.
Inner City “Big Fun” (KMS) Это был первый релиз детройтских техно-музыкантов, который попал в поп-чарты. Она была записана Кевином Сондерсоном и Энн Сондерсон, и отлично вписывалась в серию пластинок Сондерсона – “Good Life”, “Ain’t nobody better” и “Whatcha gonna do with my loving?”.
Rhythm is Rhythm “It is what it is” (Transmat) Безусловно такие работы Мея, как R-Tyme “R-Theme”, Rhythm is Rhythm “Nude photo”, “Strings of life” и “The dance” настоящие хиты и будут еще долго актуальны. Но именно “It is what it is” переживет их всех и еще очень долго ее будут называть классикой техно-музыки. Ведь именно в этом треке у Мея впервые получилось органично вписать струнные в техно-музыку.
Galaxy 2 Galaxy “Hi-tech jazz” (Underground Resistance) Настоящая классика от Underground Resistance. Майк Бенкс на время отошел от привычного UR милитаризма и мы получили красивейший саундтрек для космических полетов.
Underground Resistance “The Punisher” (Underground Resistance) Наверное самый жесткий трек из Детройта. Мощнейшая и очень злая бочка. И именно этот трек заложил основы для европейского хардкора, который станет популярным лишь через несколько лет. “The Punisher” увидел свет в 1991 году.
DJ Rolando “Jaguar” (Underground Resistance) Один из последних супер-хитов, которые нам подарил Детройт. Выйдя в свет в 1999 году, она быстро оказалась в сумках не только техно-ди-джеев, но и многих, кто техно никогда и не играет. Даже российский ди-джей Фонарь признавался в любви к этому треку.
Jeff Mills “The Bells” (Purpose maker) Один из самых заметных и прелестных техно-треков в мире. Являет собой квинтэссенцию настоящего техно. Абсолютно фантастический трек, который был создан человеком, никогда не принимавшим наркотики.



Abyssus abyssum invocat


Сообщение отредактировал mist - Четверг, 27.03.2014, 16:04

  
 
RetropsyhozДата: Пятница, 28.03.2014, 00:01 | Сообщение # 2
Хронический Рейвер
Группа: Активные трансеры
Сообщений: 10458
Награды: 41
Репутация: 168
Замечания: 0%
Статус: Offline
Спасибо! Это именно то, что я хотел)



Мне всё равно, что вы обо мне думаете. Меня радует, что вы вообще научились думать...

  
 
Форум » Культурная страничка » Культура » Истоки техно-музыки (Детройт)
Страница 1 из 11
Поиск: